Сиреневый день
Магия любви, привороты, отвороты, заговоры, приметы, фен-шуй, значение имени, отношения, психология, гадания, таро, руны и многое другое.

Были ли Александр I и старец Фёдор Кузьмич одним лицом?

Почти два столетия живет в народной памяти предание об императоре Александре I: будто бы он не умер в 1825 г. в Таганроге, а отрёкся от престола и отправился странствовать по Руси в облике праведного старца Фёдора Кузьмича.

Осенью 1836 г. в Пермской губернии у порога деревенской кузницы появился пожилой, опрятно одетый крестьянин.

Он вежливо попросил кузнеца подковать свою лошадь. Удивлённый складной речью и изысканными манерами незнакомца, кузнец заподозрил неладное: не похож был этот старик на простого мужика. Бдительный ремесленник доложил «куда следует», незнакомца задержали.

На допросе он назвался Фёдором Кузьмичом, родства не помнящим.

С бродягами в те времена не церемонились: старика высекли плетьми да отправили в Сибирь. Почтенный возраст позволил ему избежать каторжных работ, старцу разрешили странствовать по селам и добывать хлеб насущный обучением ребятишек грамоте, истории и Священному Писанию.

От денег Фёдор Кузьмич всегда отказывался, учил лишь за кров и пищу.

Старец был начитан и очень набожен, поэтому вскоре прослыл человеком праведной жизни и большого ума.

Были ли Александр I и старец Фёдор Кузьмич одним лицом?

В 1842 г. казак Белоярской станицы Сидоров уговорил Фёдора Кузьмича поселиться по соседству и построил для него избушку. Однажды к Сидорову заехал в гости его друг, казак Берёзин, долго служивший в Петербурге.

Увидев Фёдора Кузьмича, старый служака оцепенел от изумления: «Ваше величество!

Да как же это?».

Старец поспешил укрыться в своей избе, а потрясённый Берёзин божился, что человек этот — император Александр I . К убежищу Фёдора Кузьмича стали стекаться досужие люди, и старцу пришлось уйти.

В 1849 г. он поселился в селе Краснореченском, у богатого крестьянина Латышева.

По воспоминаниям сельчан, особо торжественным для себя Федор Кузьмич почитал день святого Александра Невского, отмечая его словно собственные именины.

Старец часто рассказывал, как проходили празднества в честь благоверного князя в Петербурге: про гуляния горожан, иллюминацию на улицах.

Конечно, крестьянин мог бывать в столице, но откуда он знал французский язык, на котором общался с посетившим его иркутским епископом Афанасием?

Кстати, о французах. Старец часто вспоминал войну 1812 г., ход сражений описывал, словно боевой офицер. Рассказывал, как император Александр I слезно молился перед мощами Сергия Радонежского и услышал голос, призывающий доверить Кутузову истребление неприятеля.

И кто знает: пересказывал благословенный старец одну из народных легенд, или сам Александр Благословенный делился с крестьянами своими душевными терзаниями?

Томский краевед И. Чистяков, лично знавший Федора Кузьмича, писал: «Рассказывал он, что, когда Александр I в 1814 г. въезжал в Париж, под ноги его лошадей постилали шелковые платки и материи, а дамы бросали на дорогу цветы и букеты; что Александру это было очень приятно; во время этого въезда граф Меттерних ехал справа от Александра и имел под собой на седле подушку».

Многовато точных деталей и подробностей для простой легенды.

Фёдор Кузьмич рассказывал немало удивительных историй, но была для него одна запретная тема – собственное прошлое.

Старец решительно пресекал разговоры о себе как об Александре I , но настоящего имени так и не назвал.

Последние годы жизни он провёл в Томске, в особняке купца Хромова. Когда Фёдор Кузьмич лежал на смертном одре, Хромов задал ему мучивший всех вопрос: верно ли говорят, будто ты – император Александр?

По словам купца, Фёдор Кузьмич перекрестился и сказал: «Чудны дела твои, Господи… Нет тайны, которая бы не открылась».

Похоронили старца на кладбище томского Богородице-Алексеевского монастыря. На могиле установили крест с надписью: «Здесь погребено тело Великого Благословенного старца Фёдора Кузьмича, скончавшегося 20 января 1864 года».

Александра I тоже называли Благословенным… В 1984 г. старец Фёдор Кузьмич был канонизирован Русской православной церковью как праведный Феодор Томский.

Перевоплощение государя в «бродягу, родства не помнящего» кажется безумным лишь на первый взгляд. Современники вспоминают, что в последние годы правления Александр I неоднократно выражал желание отречься от постылой власти, много времени проводил в молитвах.

Тяжёлым камнем на совести императора лежала смерть его отца – Павла I , к которой он был косвенно причастен.

Немало противоречий и в обстоятельствах смерти самого Александра: одни очевидцы утверждали, что император скончался скоропостижно, другие – будто он мучительно умирал две недели. При этом ни в одном документе не указано точное время смерти.

К тому же, по словам очевидцев, мёртвый Александр был совсем не похож на себя: несмотря на обильное бальзамирование (пожелтели даже белые перчатки на руках покойного) лицо императора почернело.

Поэтому в народе заговорили: «Чужое тело везут».

Эти слова сопровождали траурный кортеж на всём пути от Таганрога в Петербург.

А было ли «чужое тело» захоронено в гробнице Петропавловского собора?

Вопрос не праздный. В 1989 г. советский писатель и историк Н. Эйдельман рассказал о найденных им документальных свидетельствах о вскрытии в 1921 г. императорских гробниц. Одна из них оказалась пустой — Александра I. Не потому ли ещё в 1960-е гг. власти трижды отказывали знаменитому антропологу и скульптору М. Герасимову в просьбах об исследовании останков Александра? «Причин не говорят.

Словно какая-то стена!», — раздражённо говорил Герасимов своему коллеге. До сих пор не проведена и генетическая экспертиза останков Фёдора Кузьмича, а ведь она может снять все вопросы.

В 2008 г. архиепископ Томский и Асиновский Ростислав заявил, что епархия не возражает против экспертизы.

За чем же дело стало?

В народе говорили не только об «уходе» Александра I , но и о духовном подвиге его супруги, императрицы Елизаветы Алексеевны, которая не умерла в 1826 г., а затворилась в новгородском Сырковом монастыре под именем Веры Молчальницы. Образ императорской четы, оставившей земные блага и удалившейся от суетного света, так поэтичен и близок русской душе.

Благословенный старец и его супруга стали частью русской истории и народных преданий.

А предания в экспертизах не нуждаются.